Каравай историй

Пишу то, что в голову приходит. Иногда другое.

Гаишный юбилей

Ровно 10 лет назад, 21 июня 2007 года, я подписал контракт о службе в ОВД и стал гаишником. На дороге с полосатым жезлом стоял всего пару раз. Работал инженером-электроником и в основном возился с компами. Вот стою на фоне работы:

Первый год работал программистом и пытался писать на «Клиппере». Но работать программистом оказалось скучнее, чем учиться программировать в универе. И сбежал в отдел технического обеспечения. Там чинил компьютеры, переставлял винду, играл с сослуживцами в игры, и отвечал на телефон фразой «Вы пробовали выключить и снова включить?».

За время службы успел один раз получить очередное звание — старший лейтенант милиции. Выпил стакан водки со звёздами и выплюнул их на погон. В 2011 году пережил реформу и стал полицейским.

Года через четыре после начала службы понял, что одно из самых приятных достижений на службе не связанно с карьерой. Однажды ехал на служебной машине по Челябинску и в громкоговоритель включил Имперский марш с телефона. А это так себе достижение в карьерном плане. И подал рапорт на увольнение.

Через пять лет, три месяца и три дня, 24 сентября 2012 года, мне выдали подписанный приказ об увольнении. На следующий день пришёл в управление за вещами и ушёл на гражданку (место для шутки о гражданке).

За месяц сделал сайт с фейковыми работами и 15 декабря 2012 года вышел на новую работу дизайнером.

21 июня   гибдд   работа   юбилей

Трамвай А

В 2016 году в Дептрансе Москвы вспомнили, что когда-то на трамвай А был подписан шрифтом Боклин. И Дептранс решил вернуть этот шрифт на аншлаги современных трамваев.

Мне такой выбор показался странным. Хотя бы потому что арт-нуво и общественный транспорт в современной Москве это две разные вселенные. Стало интересно, что было раньше. Гугл показал, что в разные годы шрифт на аншлаге менялся.

Пара «трамвай-шрифт» всегда была подходящей друг другу. Возможно, это потому что над выбором шрифта особо не задумывались — подписывали тем, что было популярным в то время. И никому не приходило в голову поставить на крышу трамвая каменную плиту с высеченной буковой. Только лишь потому, что раньше так делали.

Сейчас пара «трамвай-шрифт» тоже хорошая. Современный транспорт подписан современным Москоу сансом. Кроме трамвая А.

Сам по себе Боклин прекрасен. Но любой шрифт можно испортить неуместным применением. Буква А эпохи арт-нуво выглядит чужой среди квадратных иконок и геометричного Москоу санса.

На современном трамвае А эпохи арт-нуво выглядит так же странно, как и геометричная А на старом. Будто китайцы не нашли подходящий шрифт, когда делали игрушку.

Боклин среди Москоу санса выглядит так же неуместно, как пластиковые окна в памятнике архитектуры начала 20 века.

Улица найнтин оу файв года

В поездах московского метро поменяли объявление станции «Улица 1905 года» на английском языке. Было: «Ulitsa tysyacha devyatsot pyatogo goda». Стало: «Ulitsa nineteen-oh-five goda».

Мнения пассажиров разделились. Защитники старого объявления утверждают, что голосовое сообщение должно совпадать с тем, что москвичи говорят туристам. Поэтому по-английски надо объявлять «tysyacha devyatsot pyatogo».

Я из тех ребят, которые считают, что изменение хорошее. Туристы и так слышат «тысяча девятьсот пятого» в русской части объявления. Английский акцент на узнавание станции не сильно влияет. Когда интуристы строят маршрут по схеме, английский подстрочник они читают на родном языке: «Ulitsa nineteen-oh-five goda». Это туристы и слышат.

UPD. Возможно, полный перевод будет лучше. Тем более, что другие станции начали объявлять как «This is Sokolniki». Моя заметка о том, что из предложенных вариантов новый лучше.

27 апреля   метро   навигация

Эффект утёнка и Рахманинов

Мне нравится Рахманинов и его Прелюдия в соль-миноре, опус 23, № 5. Впервые её услышал на Ютюбе. Недавно в Эпл музыке прослушал сборник фортепианных сочинений Рахманинова. Ткнул в первый попавшийся. Одним из треков была пятая прелюдия в соль-миноре. Только звучала прелюдия непривычно. Слушаю и понимаю, что старый вариант нравится больше.

Тут же вспоминаю о эффекте утёнка. И следом думаю — послушаю ещё раз. Составлю непредвзятое мнение. Послушал. Всё же первое исполнение, которое услышал, лучше. В этом варианте и фразировка не та, и в одном месте исполнитель вроде бы ноты невнятно сыграл.

После посмотрел кто исполняет. Оказалось это авторская запись. Рахманинов играет Рахманинова. В этот же миг отношение к этому исполнению пятой прелюдии изменилось.

Плакат день за днём

Случайно с другом открыли способ делать что-либо ежедневно.

Сначала Коля попросил меня подписаться на Вандейпостер. Он хотел делать каждый день плакат. А чтобы не лениться, завёл инстаграм и подписчиков. Дескать, стыдно будет пропускать. Но я пробовал подобное и знаю, что подписчики мотивация слабая. Не захочешь сделать плакат — не сделаешь. Хоть два у тебя подписчика, хоть тысяча.

И я предложил соревнование. Так же делаю ежедневно плакаты и выкладываю в инстаграм. Кто пропускает — покупает сопернику в Кафетериусе ништяк.

С тех пор мы не пропустили ни дня. Иногда лениво, но булочку покупать не охота.

Как я попал в Студию Артемия Лебедева

В общем-то просто — спросил.

Тёма однажды написал, что если охота рисовать схему метро — поступай в студию. Я ему написал. Тёма не ответил. Тогда написал Людвигу. Лювиг не ответил. Собрался писать Марку Родионову. Хотя даже не знал что именно. Непонятно ведь, какие отношения между дизайнером и арт-директором в студии. Вдруг дизайнерам запрещено задавать вопросы, не относящиеся к работе?

Но Марку писать не пришлось, так как пришёл ответ Людвига. Он рассказал, что моё письмо попало в спам и дал тестовое задание. После выполнения я упаковал вещи, котов, девушку и вылетел в Москву.

Но история не только про то, что надо всего лишь спросить. Чтобы навалять Фёдору Емельяненко не достаточно сказать ему: «Пошли драться». Надо предварительно несколько лет попотеть на тренировках.

За год до работы в студии я начал рисовать схему челябинских трамваев под руководством Ильи Бирмана. В процессе работы сделал её официальной.

Ну а потом да, не зассал и написал письмо.

Выход за рамки

В Альфа-банке, пока ждал выдачи банковской карты, повис компьютер. Ждать пришлось долго. И чтобы скрасить ожидание, пошутил: «Может у вас раскраска найдётся?». Девушка в ответ на шутку принесла раскраску и набор цветных карандашей.

Закрашивая жёлтым карандашом волосы Белль понял о себе важную вещь. С детства в раскрасках я был правильным. Никогда не выходил за границы контуров, подбирал верные цвета (солнце — жёлтое, трава — зелёная) и старался наносить цвет равномерно. И удивлялся, когда видел как закрашивают другие дети — не парятся на счёт  контуров, цветов и равномерности. Фигачат цветными карандашами и получают удовольствие. Я тоже получал удовольствие. Извращённое педантичное удовольствие.

Когда вырос, оказалось, что временами правила надо нарушать. В работе такая педантичность временами мешает. Мне требуется сделать усилие, чтобы взять и повернуть текст на 30°. Уф, вспотел аж. Не говорю уже о трэше.

Важно научиться замечать такие моменты и пинать себя. Или ещё лучше — чтобы был наставник, который будет пинать.

P. S. Моя девушка однажды спрятала раскраску от родителей, так как случайно перепутала цвета дерева и неба.

Лекция Эркена Кагарова

Пятого июня в «Хитровке» Эркен прочитал лекцию The Very Best Off. Даже скорее не лекцию, а интересно рассказал о своей жизни и работе, сопровождая рассказ цветными слайдами.

Полтора или два часа пролетели незаметно. Сильное впечатление на меня произвела часть, в которой Эркен рассказал о пользе упорной работы.

Учась в школе, Эркен не задумывался над тем, чем займётся после выпуска. И родители отправили его художественное училище. Вступительные экзамены Эркен провалил. Но всё же поступил на первый курс благодаря знакомствам родителей. Но на него сильно давило то, что он поступил по блату, почти ничего не умеет и хуже всех рисует. И каждый день после занятий Эркен шёл в мастерскую мамы и занимался там по шесть-восемь часов. Придумывал знаки, рисовал красками. И в конце первого года он стал лучший в группе по живописи и логотипах и знаках.

В последнее время я склоняюсь к мысли, что талант не нужен. Человек добьётся успеха если он: б) постоянно занимается тем, что ему а) нравится.

Педагогическая ошибка

В начале нулевых ходил в музыкальный кружок соседнего ДК учиться играть на бас-гитаре. Однажды перед занятием кто-то играл на басу вступительный рифф песни «Мани» Пинк Флойд. Я тогда не знал, что это за песня, но попросил препода научить меня этой прекрасной музыке.

Через неделю перед занятием ребята снова бряцали на басу. И услышав одну из нот я сказал: «О, это та же нота, с которой на прошлой неделе рифф начался». Препод оживился, спросил: «У тебя что, абсолютный слух?». Я пожал плечами. Он усадил меня спиной к синтезатору и нажал на клавишу. «Какая это нота?». Я ткнул пальцем в небо: «Э-э-э, си?..». Не угадал. И так несколько раз. После чего препод разочарованно сказал — абсолютного слуха у меня нет. Через несколько месяцев я рассказал о желании научиться играть на контрабасе. Преподаватель охладил мой пыл: «На нём нет ладов и чтобы играть нужен слух. У тебя не получится».

Много лет подряд я был уверен, что слуха у меня нет и ничего поделать нельзя. Слова преподавателя определили моё дальнейшее музыкальное развитие. Я редко снимал музыку на слух, всегда пользовался табулатурами или нотами. И ничего не делал для развития музыкального слуха. Во время джема я смотрел на гриф гитары других музыкантов, пытаясь узнать тональность. Если гитаристов не было, я становился беспомощным (или спрашивал тональность).

Спустя дюжину лет, я узнал, что музыкальный слух тренируется. Это не суперспособность, дарованная одному из миллиона. Это навык, как письмо, которому учатся. И большинство людей обладают слухом (и ты тоже), достаточным для освоения музыкальных инструментов. Если человек может напеть или насвистеть мелодию, которую услышал, этого достаточно. Штуки, которые предлагают в интернете и что со мной делал преподаватель — угадать ноту, нажатую на пианино, — с первого раза могут не сработать. Если при этом сказать неосторожные слова, такой провал легко убедит человека в отсутствии слуха.

Преподавателю нужно было поступить по-другому. Рассказать, что отсутствие абсолютного слуха не беда (я тогда не знал разницу между абсолютным и музыкальным слухом). И многие музыканты него обходятся. А музыкальный слух тренируется. Сможешь снимать понравившиеся песни, играть с любыми ребятами и не быть лошарой. Хочешь? Ёпта, Александр Юрьевич, конечно.

Ctrl + ↓ Ранее